Те, кто не знал истинного положения Сюй Жаня, с любопытством гадали о его происхождении. Даже если бы он был обычным гением или гением из суперсилы, Хан Чи вряд ли стал бы так меняться. Хан Чи — не тот человек, который готов продать дочь ради славы; он — мужчина с железной волей. Когда семья Хун угрожала Хан Чи, говоря, что если он не отдаст Хан Сюэ и Хан Юэ за Хун Чэня, они нападут на него, Хан Чи не согласился. Но сейчас, когда речь шла о замужестве дочери, они чувствовали, что он будто бы льстит кому-то.

Каково же должно быть положение Сюй Жаня, чтобы Хан Чи относился к нему с таким почтением?

— Духовный Дворец? Данта? Скажу так: эти две силы вместе взятые не стоят и грязи под ногами господина Сюй Жаня, — после долгой паузы тяжело произнёс Хан Чи.

Да, в нормальной ситуации как тесть он не должен был бы так трепетать перед человеком, который женится на его дочери. Но этот человек — не обычный! Он уже божество! Следуя за таким божеством, семья Хан в будущем непременно породит воина уровня Духовного Святого. Каким же великим станет тогда род Хан?

Поэтому, не жалея своего старческого достоинства, он должен был завоевать максимальное расположение Сюй Жаня.

За годы управления семьёй Хан в городе Тяньбэй он всё больше понимал: иногда усилия всей жизни не стоят и одного слова от такого человека. Те ресурсы, которые Сюй Жань передал через Юэ, уже превосходили всё имущество, накопленное семьёй Хан за долгие годы. И он был уверен: это только начало.

— Что?! Сильнее, чем Духовный Дворец и Данта?!

— Неужели он из какой-то скрытой силы?

— По легендам, те суперсилы скрываются в укромных уголках континента и редко появляю... Для продолжения чтения, пожалуйста, войдите в систему: